Венчание с покойником

Венчание с покойником

Из письма: «Уважаемая Наталья Ивановна, я хочу Вам рассказать свою историю. За три недели до свадьбы мой жених разбился на мотоцикле. Услышав эту новость, я лишилась чувств. Мои родители вызвали скорую помощь, и врач, видя, что я не прихожу в сознание, настоял на моей госпитализации. Почти три дня я находилась без сознания. Мое состояние усугублялось беременностью, о которой в то время моя мама не знала.

Родители мои были очень строгие, и я всячески скрывала от них свою беременность, надеясь на свой предстоящий брак с Володей. Хоронили моего суженого без меня, так как во время похорон я все еще была без сознания.

Перед тем как мне очнуться, я впала в странное со стояние не то сна, не то яви... Я видела много того, что фактически никак не могла видеть, так как в это время лежала в палате. По нашей улице шла похоронная процессия. Гроб с телом Володи несли его друзья, наши бывшие одноклассники. Я также видела, как под руки вели Володину маму. Она еле волочила ноги, и ей давали понюхать ватку с нашатырем. Вот процессия остановилась, потому что Володина мама упала. Я видела, как врач скорой помощи делал ей укол.

Второй раз она упала, когда гроб с телом Володи опускали в могилу. В поле моего зрения попалась моя мама, она стояла рядом с отцом. На ней было темное зеленое платье и черный платок. Мама плакала, а отец вытирал ей слезы и что—то тихо говорил. Ужас увиденного захлестнул меня с такой силой, что я очнулась, как это бывает при самых кошмарных снах. Ребенок, чувствуя мое состояние, бился у меня в животе, и я, положив ладонь на живот, с горечью подумала о том, что мой народившийся малыш уже никогда не узнает ласки своего папы.

Зашла медсестра и, увидев, что я очнулась, побежала за врачом.

Через неделю я вернулась домой и попросила маму рассказать о том, как похоронили моего жениха, пообещав ей, что не буду плакать. Когда мама сказала, что Володина мать дважды теряла сознание, я спросила ее, во что она была одета на похоронах. Мама сказала, что она надевала темное зеленое платье, потому что у нее не было подобающей одежды. Чем больше подробностей рассказывала моя мама, тем больше я убеждалась в том, что все именно так я и видела, находясь без сознания.

На девятый день помин я была в доме родителей жениха. Елена Григорьевна, Володина мама, уговорила меня заночевать у них. Я не могла ей отказать и позвонила маме, сообщив, что останусь в Володином доме. Поздно вечером, когда все пришедшие на поминки разошлись по домам, с Володиной матерью произошла истерика. Она билась головой и кричала, что ей не для кого жить, что теперь у нее нет сына и уже никогда не будет внучат. Я не стала ей говорить о своей беременности, потому что не знала, нужно ли мне рожать ребенка одной, без мужа.

Приехала "скорая", врачи сделали укол Володиной маме, и она вскоре уснула. Недосыпание этих горьких дней и успокоительное лекарство сделали свое дело. Зато я долго не могла уснуть, видимо, досыта належалась и выспалась в больнице.

Когда я наконец уснула, меня кто—то ощутимо тряхнул за плечо. Я вскинула глаза и... увидела Володю!

Он жестом показал, чтобы я молчала, и я в ответ растерянно согласно кивнула. Вы не поверите, я, которая всегда считала себя трусихой, нисколько не боялась появления того, кого мы несколько часов назад поминали девятым днем. В комнате не было света, и лишь через окно пробивался слабый свет луны. Тем не менее, я видела не только очертания его тела, но и лицо.

Какое—то время мы молча смотрели друг на друга. Не выдержав молчания, я почему—то спросила:

— Что мне теперь с ребенком делать? Мать ведь меня убьет за то, что я спала с тобой до нашей свадьбы. И зачем я только поддалась твоим обещаниям: женюсь, женюсь, а как ты теперь на мне женишься?

Я глядела на своего мертвого жениха и разговаривала с ним так, как обычно разговаривают с фотокарточкой умершего человека, высказывая ей свои обиды и надежды. Мне необходимо было говорить с кем—то о моей женской беде. Непонятная обида давила меня, вольно или невольно я была обманута своим женихом. Было горько от того, что я не смогу уже надеть свое свадебное платье и фату. И теперь я должна буду оправдываться перед своими строгими родителями за то, что не сохранила свое целомудрие до свадьбы. Мне необходимо было говорить о своей беде и обиде, а слушатель у меня был именно тот, какой нужен. Когда и высказала ему все то, что пекло мою грудь, он сказал протяжно и с каким—то надрывом:

— Не делай аборт, у нас будет мальчик. Сын мой единственный, внук моей мамы. Прошу тебя, не убивай моего ребенка.

— Я не замужем. Ты это хоть понимаешь? Для кого я буду рожать, если даже не была замужем? Женись на мне, и тогда я оставлю твоего ребенка.

И тут мой жених мне сказал:

— Завтра ты пойдешь со мной, и я женюсь на тебе, как я это и обещал.

Жалость и любовь прилили к моему сердцу. Я протянула к нему руку, и он тут же исчез.

"Я схожу с ума", — подумала я и потянулась к настольной лампе. Всю оставшуюся ночь я спала со светом, а на другой день случилось совершенно невероятное. Вернее, день прошел как обычно, а вот ночью, где—то в два часа, меня снова разбудил мой жених. Он сказал, чтобы я поторопилась.

— Одевайся, нас ждут для обручения!

Он помог мне надеть свадебное платье, так как я одна никогда бы не смогла зашнуровать свой корсет с множеством кнопок и застежек.

Платье было очень красивое, с длинной юбкой, в подол которой был вставлен круг—обруч из проволоки. Именно такой обруч придавал царственную пышность платьям прежних времен. Я всегда хотела пофорсить в таком наряде.

Володя поправил мне фату, взял меня под руку, и мы с ним пошли. У меня не было мыслей, куда и зачем мы идем. Я повторяю, что я реально верила, что должна быть и будет моя свадьба. К нам подходили люди, их было очень много, старых и молодых. Все они поздравляли нас и желали нам счастья и любви. Я протянула руку Володе по просьбе какого—то старца в ризе, и же них мой надел мне на палец кольцо. И вдруг кто—то сердито крикнул:

— Ты что здесь делаешь, я сейчас вызову милицию!

Я оглянулась и увидела, что стою возле могилы. Уже светало, и мои глаза смогли различить на памятнике Володин портрет. Передо мной стоял мужик, видимо, это был кладбищенский сторож. Мое свадебное платье было в грязи и глине. Накануне прошел дождь. Я поднесла свою руку к глазам и увидела обручальное кольцо, которое мне покупал мой жених.

Поняв, что я не в себе, сторож, смягчившись, сбавил тон и предложил отвезти меня домой. Я согласилась. Пока мы ехали, мужичок все говорил и говорил о своей опасной работе. Говорил мне, что за то время, что он работает сторожем, чего только не насмотрелся.

Наконец—то его "запорожец" остановился около моего дома. Я толкнула дверь и поняла, что она была не закрыта. То ли я, в беспамятстве убежав, не закрыла ее, то ли моя мама, спохватившись, не стала закрывать нашу дверь. Я этого до сих пор не знаю. Сама я не стала рассказывать маме о своей ночевке на кладбище, а она тоже ничего не спросила, значит, не знала.

На другой день я позвонила Елене Григорьевне и спросила ее, где кольца, которые Володя покупал для нашей свадьбы. Она сказала:

— Я их ему положила в гроб, под подушку.

Мне пришлось признаться своей маме в том, что жду ребенка. Родители меня не ругали, а про Володину мать и говорить нечего. Теперь дороже моего сына у нее никого нет.

Я забыла Вам написать вот о чем. В тот день, когда я звонила Володиной маме, чтобы спросить ее про наши кольца, Елена Григорьевна сказала мне, что видела сон, будто мы с Володей венчались, но почему—то нас венчал тот священник, который похоронен недалеко от могилы Володи.

Сон этот приснился ей именно в тот день, когда я неведомо как оказалась на кладбище. Но мне не дает покоя один вопрос: как я смогла надеть платье с такими застежками без посторонней помощи?»

Магические услуги

Читайте также

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Anonymous