Переклад смерти

Переклад смерти

Из письма: «Уважаемая Наталья Ивановна, я живу в Германии, в Берлине. Вы и не знаете, как Ваши книги популярны за границей. Заказываем мы их через русский магазин. С удовольствием читаем и с нетерпением ожидаем продолжение. То, что Вы пишете, меня просто потрясло, и я увидела в этом какой-то знак свыше. Дело в том, что моя жизнь осталась при мне только благодаря Вам, то есть вашему учению, но тогда я этого не знала. Двенадцать лет назад, когда я жила в России, я заболела и врачи-онкологи вынесли мне приговор: сказали, что эта разновидность рака совершенно не лечится, раковые клетки очень быстро размножаются. Но мне все равно сделали химиотерапию, даже после этого врачи сказали, что опухоль все равно быстро прогрессирует.

Я спросила лечащего врача: сколько мне осталось Он ответил, отведя в сторону глаза, что если очень-очень повезет, то от силы месяца три. Я взяла вещи и ушла из больницы. Меня с облегчением отпустили умирать. Я решила, что свои последние дни проведу дома, у меня не было сил видеть рядом с собой таких же обреченных людей. Пришла я в квартиру и стала обдумывать, как лучше прожить последние дни. Я думала, а вдруг уже завтра конец, я умру, и меня никто не хватится, а когда найдут то, будут брезгливо закрывать нос рукой. Все это встала перед глазами, и я поняла, что нужно переключить свое внимание на что угодно, лишь бы отвлечься от страшных мыслей. Я, сев у телевизора, щелкнула пультом, заставляя себя сосредоточиться на экране. Вы не поверите,но в это время шла программа "Здоровье" и ведущая задушевно рассказывала, что теперь рак можно лечить. Но ведь она не была в той больнице, где люди каждый день умирали. От досады я выключила телевизор, и мысли полезли одна другой страшнее. Люди (и я в том прежде) никогда не думают о том, что в любой момент может прийти беда. Когда тебе говорят, что ты проживешь немножко, все сразу меняется вокруг. Ничего не радует, и ничего не нужно, кроме жизни. Но приговор подписан, и время пошло.

Утром я почувствовала себя совсем плохо. В теле была слабость, я села поесть, но кусок не лез в горло. Я опять расплакалась, а, наревевшись, решила: "Одна я не смогу, мне нужен кто-то, с кем бы я могла говорить, кто ходил бы за молоком и мне помогал".

В Германии у меня сестра, но я не хотела ее пугать, так как у нее больное сердце, а помочь мне все равно она ничем бы не смогла. Порывшись в записной книжке, я поняла, что позвать мне к себе, собственно, и некого. Кому нужно за мной убирать горшки... И решила я отравиться, но не сразу, а как почувствую, что совсем подошел конец. Я кос как оделась и пошла в магазин. Пока ноги хоть немного идут, нужно запастись едой, ведь возможно, что завтра и уже не смогу выйти. Я купила полбатона хлеба (боялась, что много не унесу), бутылку уксусной эссенции, пачку масла и молоко. Расплатившись за покупки, на выходе я увидела знакомую женщину, она мыла пол. Остановилась я с определенной мыслью — пригласить ее поработать ко мне, моля Бога, чтобы она мне не отказала.

"Таня, сказала я, — ты сейчас с кем живешь?»

Услышав ответ, что она по-прежнему одна, я приободрилась. Собственно, я знала, что живет она на съемной квартире, а сын ее в пригороде Москвы живет у жены. Таня из лимитчиц сперва жила в общежитии, а потом, когда ее сократили, стала жить в коммуналке, снимая там небольшую комнату. Татьяну я знала, когда мы еще вместе работали на кондитерской фабрике, а потом мы с ней время от времени встречались, вот так же, как и теперь, случайно. Стоять было тяжело, и без всяких подходов я ей сказала!

"Таня, я скоро умру, у меня рак, и, если ты досмотришь за мной до конца, я завещаю тебе свое жилье".

В общем Таня уже в тот же вечер была у меня. Она перемыла попы, вымыла и меня. Сварила бульон, принесла с рынка продукты, а главное, я была не одна.
У меня была большая трехкомнатная квартира в самом центре Москвы. В ней раньше жила моя мама, я, отец и сестра. Родители умерли, а сестра уехала в Германию и там вышла замуж.

Я видела, что Таня жалеет меня и ухаживает не за квартиру, а как за собственной сестрой. У нас с ней и возраст почти один. Потом я вызвала на дом нотариуса, и он приехал. Я завещала Татьяне все свое имущество и квартиру, а также украшения и деньги, какие были. Но ее лицу и глазам я видела, какой это был для нее шок. Ведь она действительно ничего не видела в жизни, а тут ей так повезло. Ночью я, как всегда, долго не спала, все у меня болело так, что хотелось кричать. Я уже было, хотела окликнуть Татьяну, попросить ее, чтобы она мне сделала укол. И тут дверь скрипнула, и в комнату заглянула моя сиделка. Я ее позвала, и она вошла. Сделав укол, она присела
и неожиданно стала возбужденно говорить:

- Я ведь вам не рассказывала, мы последние годы редко встречались. У меня тоже пять лет назад обнаружили рак. Собрались грудь удалять, но я этого так боялась, что решила, лучше умру, чем лягу под нож. В общем, дали мне адрес одного экстрасенса, я к ней пошла, и она мне сказала:

"У тебя рак".

Тогда я ее спросила, сможет ли она вылечить меня. Она отрицательно покачала толовой и сказала, что может только диагностировать, а лечить не умеет. Конечно же, я стала ее допытывать, к кому мне тогда лучше пойти. И экстрасенс ответила:

"В Москве вряд ли вам кто поможет, только оберут", и посоветовала мне ехать в Новосибирск к Наталье Степановой.

Я стала говорить, что это далеко и что поездка дорого обойдется. Женщина пожала плечами и сказали "Странная вы, ехать далеко, да тут пешком надо идти, лишь бы дали шанс жизнь сохранить".

И она дала мне книги, которые выпускает эта целительница. Я влезла в долги и поехала в Новосибирск, и, слава Богу, как вы видите сами, я теперь жива и здорова. Я уверена, что она вас вылечит, и мне, конечно, жалко расставаться с мечтой о собственной квартире, но я так не могу. Я до сил пор помню, как сама каждый день тряслась и ревели Я все это пережила на себе. Давайте прямо сейчас ей позвоним.

Потом она не могла долго до Вас дозвониться... Трубку сняли не Вы, а секретарь, она сказала, что Вы заняты, но она может ответить на наши вопросы. Таня стала настаивать, чтобы Вы, Наталья Ивановна, сами взяли трубку, так как Вы знаете ее, она лечилась у Вас. Телефон был включен на громкую связь, и я услышала Ваш голос. Почему-то у меня в тот момент сильно-сильно заколотилось сердце. Я даже поверила, что Вы можете меня спасти. От волнения, которое я тогда пережила, я помню теперь не весь разговор. Но кажется, это было так. Таня радостно стала Вас благодарить за подаренную жизнь, но Вы перебили ее, сказав, что очень заняты и чтобы она переходила к делу. Тогда Татьяна стала умолять сделать и мне переклад, чтобы я не умерла. Вы молчали, а Татьяна говорила. И тут Вы сказали:

"А почему она сидит и молчит, это нужно ей или вам?" - и Таня сунула мне в руки трубку.

Я вместо слов расплакалась, и все никак не могла успокоиться. Страх, что я могу потерять последний шанс, парализовал меня всю.

И Вы сказали: "Успокойтесь, я вам помогу. Сейчас моя помощница будет зад вать вам вопросы, ответы на которые мне потребуются, для того чтобы провести обряд".

Затем со мной говорила уставшая и, как мне показалось. раздраженная женщина, она спросила имена подойников по моей крови, дату рождения, какая я родилась по счету и имена крестных родителей. Она еще что-то спрашивала, но я уже теперь не помню. Ваша помощница сказала, что можно не приезжать, переклад будут делать без меня, и отключилась.

Дня через четыре, как сейчас помню, мне стало намного легче, и я, грешница, тогда подумала: "Говорят, что перед смертью становится легче, я, наверное, нынче умру".

Но через неделю я уже вышла на улицу погулять. С каждым днем мне становилось все лучше. Это было какое-то чудо. Я спала, гуляла, смотрела телевизор, и у меня был отменный аппетит. Прошел месяц, два, три, четыре, а я не собиралась умирать. Лицо мое преобразилось, посвежело и похорошело, мне от радости хотелось петь и летать. А вот с Татьяной стало что-то происходить. Она несколько раз прикладывалась к бутылке, и я решила с ней поговорить.

"Таня, — спросила я прямо, - ты, поди. пить начала из-за меня, жалко потерянную квартиру?»

И она расплакалась. Не знаю, может, кто меня не поймет, но, теряя жизнь, а потом ее обретая вновь, ничего ценного уже нет, кроме самой жизни. И я тогда ей обещала уехать в Германию к сестре, а все, что я ей подарила, так оно и будет ее. В конце концов, если бы Таня не позвонила Вам, я бы уже умерла.

Вроде мне нечего больше добавить, кроме того, что через пять месяцев я получила визу и уехала к сестре навсегда. Еще через год я вышла замуж и больше в России никогда не была. Купив Ваши книги, я снова ощутила Вам прилив нежности и благодарности. И я очень сожалею, что мне так и не пришлось у Вас побывать. Пока я еще жила в Москве, Таня и я несколько раз Вам звонили, просили меня после наших разговоров умываться, и каждый раз мы говорили коротко, у меня не было с Вами ни одного длинного разговора. Если Вы вспомнили меня, спасибо. Я же Вас никогда не забуду, таких как Вы людей нельзя забывать!»

Подписаться на обновления

Читайте также

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Anonymous