Письмо вдовца

Из письма: «Уважаемая Наталья Ивановна, здравствуйте! Пишет Вам очень пожилой человек, которого Вы не знаете. Я никогда никого не лечил, не умею лечить людей, и я ничего не понимаю в ведовских делах, но вот совершенно случайно в мои руки попала Ваша драгоценная книга, и от нечего делать я стал ее листать. Дело кончилось тем, что я не отрывался от нее несколько часов кряду, читал ее и не мог начитаться, наслаждаясь написанным, как только может наслаждаться мучимый жаждой путник в пустыне. Эта книга настолько тронула мою грешную душу, что я теперь Ваш горячий поклонник до конца своих дней. Благодаря всем Вашим умным, талантливым и таким простым словам, я очень многое понял и как бы заново пережил всю свою жизнь. Прожил я долго и жил по-всякому, а на склоне своих лет я остался совсем один. Мне некому открыть свою душу, мне некого попросить обо мне молиться и, возможно, хоронить меня, когда подойдет мое время, тоже будет некому, так как дети мои от меня очень далеко, они в Америке. Не знаю почему, но после прочтения Вашей книги мне очень захотелось именно Вам рассказать о своей судьбе, которая полностью изменилась благодаря магии или, проще говоря, колдовству.

Много лет назад, когда я был еще молод, красив и силен, судьба даровала мне крепкое здоровье и отличное образование. В тридцать пять лет я уже был профессором словесности. Имел хорошие связи, друзей и множество поклонниц, несмотря на то, что я был уже женат. На меня заглядывались самые красивые дамы, замужние и незамужние, а также юные и прелестные студентки, которым я читал свои лекции. К тому времени это был уже не первый мой брак. Дело в том, что мой темперамент, горячая кровь, а также яркая внешность не давали покоя ни мне, ни моим многочисленным любовницам. Я легко и часто влюблялся и так же быстро и с легкостью расставался со всеми, кто меня любил. Моя очередная жена, с которой я жил в то время, всячески пыталась меня вразумить. Она то умоляла меня и заклинала детьми оставить все мои похождения, то горько плакала и угрожала себя убить. Я слушал ее и иногда обещал ей то, о чем она просила, лишь бы только прекратить поток ее слов и слез. Мне не было ее жалко, как не было жалко и всех тех, кто, унижаясь, плакал предо мной, пытаясь доказать мне, что именно они больше всех меня любят и никто никогда не будет меня так сильно любить.

Однажды, в то время, когда я читал лекцию, меня вызвали из аудитории. В коридоре я увидел свою заплаканную мать. Она едва сдерживала себя от истерики. Когда мы вышли с ней во двор университета, она разрыдалась и сообщила мне, что моя жена пыталась совершить суицид. Ее спасли, увезли в больницу, но состояние было очень плохим. Дома я застал испуганных и запла-канных детей, а мама отдала мне прощальное письмо моей жены. В письме она просила у всех прощения за то, что подвергла нас таким испытаниям. Она писала, что понимает и умом, и сердцем, как будет нам тяжело ее хоронить, но она не в силах больше терпеть все мои измены. Ей легче умереть, чем сходить с ума от ревности и тоски. Просила она прощения и у наших детей за то, что оставляет их без матери, без своей заботы, любви и поддержки. Она благословляла их и умоляла не держать обиды и зла на меня, их отца. Просила прощения и у меня, предавшего ее мужа, за то, что она не смогла для меня быть настолько хорошей и желанной, чтобы я ради нее забыл о других. Все чернила в ее письме были залиты слезами, и я с ужасом вдруг понял, что в эту минуту мог читать письмо мертвеца, ведь то, что она оказалась жива, было чистой случайностью, и я все в этот момент осознал. Ко всему происходящему, к этому страшному письму добавлялись заплаканные лица моих детей и слезы моей мамы. Я готов был сотворить что угодно, лишь бы в дом мой возвратился покой. Я чувствовал свою вину и потому начал разговор со своей матерью. Выслушав меня, все то, чем я оправдывал свои поступки, моя мать мне сказала: «Я допускаю, что ты слаб против природы. Что тебя постоянно тянет к другим жен-щинам и девушкам. И если ты действительно не рад этому и искренне просишь тебе помочь, я обращусь к колдунье, которая сделает так, чтобы ты никогда не гулял». Я заверил свою мать, что большего желания у меня нет, что буду ей благодарен, если она поможет мне в моей беде. Через день моя мама объявила мне, что она была у колдуньи и та пообещала ей уладить нашу семейную жизнь. Я заметил, что на руке моей мамы нет золотых часов и старинного перстня, который ей когда-то дарил мой отец.

Гпядя на нее, я думал о том, что это совершенно невозможно — любить мою жену, ее одну и всегда одну. Честно говоря, она к тому времени уже надоела мне как любовница и как женщина. После родов фигура ее пополнела и расплылась. Изменился цвет лица, а под глазами залегли темные круги. Меня раздражал ее голос, манеры и вся она сама. И если мне так быстро надоедали молодые красавицы, то что тут говорить о той, с кем я прожил уже несколько лет. В общем, мне было жаль украшений моей доброй мамы, но ради ее покоя я промолчал.

Но позже, как оказалось, моя досада была напрасной, я и сам не заметил, как стало меняться мое отношение к жене. Сперва я стал о ней часто думать, и мне захотелось ее повидать. Что бы я ни делал, все мои мысли возвращались к ней. Я покупал ей фрукты, конфеты и цветы. Мои визиты в больницу были столь часты, что вся ее палата была в цветах. Одна сестрица, увидев меня в оче-редной раз с букетом, пошутила: «Не поставить ли в палату еще одну кровать, так как все равно вы почти не выходите из больницы?» За собой я тоже чувствовал какое-то странное изменение. При виде своей жены меня тут же бросало в дрожь. Состояние юношеской влюбленности не покидало меня ни на час. Я уже требовал у врача ускорить выписку моей супруги. И она, будто чувствуя мое состояние, буквально выглядела как маковый цвет.

С того времени утекло очень много воды, и я ни разу не изменил своей супруге. Что говорить об измене, если я не мог смотреть ни на кого, кроме нее! Я жутко ревновал ее, следил за ней и подслушивал разговоры. Я был очарован ею, и она была для меня красивее всех. Даже когда мы с ней состарились, я видел в ней только прелести, все в ней казалось мне совершенным, все было в ней, как ни в ком другом. Ее седина отливала тем серебром, которое притягивает и чарует глаз. Мне нравились ее многочисленные морщинки, ее воркующий голос и детский смех. Я горд был, что именно у меня есть такая шикарная женщина. И Вы знаете, я жду и не дождусь уйти вслед за ней, в великой надежде ее увидеть. Я верю в эту встречу благодаря Вашей книге. Она мне дала надежду на эту радость. Всем, кто не верит в силу магии, хочу сказать, что сила магии — великая сила! Именно она дала мне познать, что такое ис-тинная любовь. Если бы не магия, я бы так и болтался от одной юбки к другой, разменивая свое сердце и душу и разбивая чужие сердца. Мне восемьдесят два года, я был счастливейшим из мужчин. Я счастлив, что меня околдовали любовною силой. Я и теперь не чувствую себя без моей любимой, она всегда со мной рядом, а я всегда рядом с ней. Наши дети далеко, в Америке, и они возвращаться сюда не хотят. А я никуда не хочу ни ехать, ни идти от ее могилы. Я очень ее люблю».

Подписаться на обновления

Читайте также

znaharstvo.net

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Anonymous