Лунная кровь

Лунная кровь

В самых ранних человеческих культурах считалось, что непостижимая магия созидания обитала в женской крови, пребывающей в очевидной гармонии с луной, и которая была случайно сохранена в чреве, чтобы «коагулировать» в «ребенка». Мужчины относились к этой крови со священным страхом, как к эссенции жизни, необъяснимо проливающейся без боли, что совершенно чуждо мужскому опыту.

Большинство слов, которые в древности соотносились с менструацией, означали такие понятия, как непостижимое, сверхъестественное, священное, духовное, божественное. Так же как латинское sacred, древне арабские слова для «чистого» и «нечистого» относились к менструальной крови. Маори считали, что человеческая душа сделана из менструальной крови, которая сохраняясь в чреве «принимает человеческую форму и превращается в человека». Африканцы говорили, что менструальная кровь «заморожена, чтобы вылепить человека». Аристотель сказал то же самое: человеческая жизнь создана из «сгустка» менструальной крови. Плиний называл менструальную кровь «материальным веществом формирования», способным к созданию коагулята, который впоследствии с течением времени становится животворящим и восходит к форме тела». Это примитивное понятие пренатальной функции менструальной крови, которое преподавалось в европейских военно-медицинских школах до 18-ого столетия.

Основные идеи о менструальной крови пришли из индусской теории — поскольку Великая Мать создает, ее сущность уплотняется, и формирует сгусток или комок, твердую материю, «корку». Этим способом она родила космос, и женщины используют тот же самый метод в меньшем масштабе. Согласно Даустинусу, «плод в чреве кормится кровью матери…. menstruum не подводит плоду питание, пока он в своё время не прибывает в свет дня».

Индейцы Южной Америки говорили, что вначале все человечество было сделано из «лунной крови». Та же самая идея преобладала в древней Месопотамии, где Великая Богиня Нинхурсаг сделала человечество из глины и придала ей с «кровью жизнь». Под ее дополнительным именем Мамметан или Аруру Великая, Гончар, она учила женщин творить глиняные куклы и смазывать их менструальной кровью — это часть магии, которая лежала в основе имени Адама, от женского adamah, означая «кровавую глину», хотя ученые более изящно перевели это как «красная земля».

Библейский сюжет об Адаме был производной от более древнего женского мифа о создании, рассказывающего о сотворении человека из глины и лунной крови. Так говорится в Коране, что Аллах, «сделал человека из текущей крови»; но в предисламской Аравии Аллах был Богиней созидания — Ал-лат. У Римлян также остались следы оригинального мифа о создании. Плутарх сказал, что человек был сделан из земли, но сила, которая заставила человеческое тело расти, была луной, источником менструальной крови.

Жизни самих богов зависели от удивительной силы менструальной крови. В Греции это эвфемистически назвали «сверхъестественным красным вином», данным богам Матерью Герой, известной в своей девственной форме, как Геба.

Мифы о корнях Индуизма показывают природу этого «вина». Когда-то все боги признали превосходство Великой Матери, проявляющейся как дух создания (Кали- Майя). Она «пригласила их, чтобы купаться и пить кровавый поток ее чрева; и боги, в святом причастии, пили из источника жизни и купаясь в этом, поднялись в блаженстве до небес.

По сей день одежда предположительно окрашенная менструальной кровью Богини, очень ценится как целительный талисман. В.Р. Смит сообщал, что ценность эвкалиптовой акации как амулета «связана с идеей, что это — менструальная кровь, то есть, что дерево — женщина». Для религиозных церемоний австралийские аборигены разрисовывали свои священные камни, амулеты красной охрой, объявляя, что это была действительно женская менструальная кровь.

Эзотерическая тайна богов заключалась в том, что их мистические силы долговечности, власти и творческого потенциала прибывали от той же самой женской эссенции. Норвежский бог Тор например достиг волшебной земли просвещения и вечной жизни, купаясь в реке, заполненной менструальной кровью «великанш» — Primal Matriarchs, «Сильные», те «кто управлял старшими богами прежде, чем Один вызвал «Выходцев из Азии» (сонм богов) c Востока. Один приобретал превосходство, совершив кражу и выпив «мудрой крови» из тройного котла в чреве Матери — земли, это же самая Тройная Богиня, известная как Кали- Майя в Юго-Восточной Азии.

Воровство Одина менструальной магии соответствовало воровству Индры, который украл амброзию бессмертия таким же образом. Индийский миф называл священную жидкую Сому — по-гречески «тело», потому что восточный корень слова

соответствует мистическому веществу тела. Сома была объектом такого священного страха, что её истолковывали многими способами:

  • Сома был создана взбалтыванием первичного моря («океана крови Кали», или «моря молока»).
  • Или Сома выделялась Лунной коровой.
  • Или Сома удерживалась в «белом горшке» (животе) Мохини Колдуньи.
  • Или источником Сомы была Луна.
  • Или из Сомы родились все боги.
  • Или Сома было секретным именем Богини Матери и активной частью «души мира».

Сома опьяняла священников во время жертвенных церемоний и смешанная с молоком являлась целительным зельем; поэтому это не было молоко. Сома особенно уважалась на Сомвара, в понедельник, день луны. На древней церемонии под названием Сома-вати женщины Махарастра обходили священное женское символическое фиговое дерево всякий раз, когда новолуние приходилось на понедельник.

Некоторые мифы утверждали, что Богиня по имени Лакшми, «Благосостояния», или «Владычица», дала Сому Индре, чтобы сделать его королем богов. Его мудрость, сила, и любопытная женская способность к беременности, происходила от мистического напитка Лакшми, «которая не похожа на один вкус на земле». Испив прямо от Богини, Индра стал как она- Гора в Раю с четырьмя «многоцветными» реками, как покрывала радуги Богини, богатые рогатым скотом и плодоносящей растительностью. Кровь Богини стала его мудростью. Точно так же греки верили, что мудрости мужчин, или богов была сосредоточена в их крови, материале души, данном матерью.

Египетские фараоны становились божественными, принимая внутрь «кровь Исиды», подобную соме амброзию, называемую «СА». Её иероглифический символ таким же, как символ вульвы, петли йони на анкхе или Кресте Жизни, эта петля показывала женские гениталии и Врата Неба. Амулеты, которые хоронили с умершими, просили Исиду обожествить покойного ее волшебной кровью. Специальный амулет назывался Тхет, и представлял вульву Исиды, его делали из красного материала — яшмы, сердолика, красного фарфора, красного стекла, или красного дерева. Этот амулет, как говорили, нес силу искупления крови Исиды.

Тот же самый эликсир бессмертия получил название эликсира жизни в Персии. Иногда его назвали Молоком Богини Матери, иногда забродившим напитком, иногда священной кровью. Но это всегда было связано с Луной.

«Роса и дождь, становятся растительным соком, сок, становится молоком коровы, и молоком женщины, а потом обращается в кровь — Эликсир жизни, вода, сок, молоко, и кровь представляют только отличающиеся состояния одного эликсира. Сосуд или чаша этой бессмертной жидкости — луна».

Кельтские короли становились богами, когда пили «красный мед», предоставляемый Королевой фей, Мэб, которую прежде называли Медх или «мед». Таким образом, она давала выпить себя, как Лакшми. Кельтское название этой жидкости было dergflaith, что означает или «красное пиво» или «красное владычество». В кельтской Великобритании красный цвет означал избранность Богиней как короля. Кельтское слово ruadh, означало и «красный», и «королевский». Цвет крови также означал апофез смерти. Языческий рай или Волшебная страна находились в утробном центре земли, месте магического Источника Жизни.

В старой рукописи в Британском Музее говорится, что умирающий — и — возрождающийся Финикс живет вечно. Центральная Святая Гора или Холм Венеры содержит и мужские, и женские символы: Дерево Жизни и Источник Вечной Молодости, очевидно менструальный, поскольку говорили, что он выходил за пределы каждый лунный месяц.

Средневековые священники утверждали, что вино общины, которое пили ведьмы, было менструальной кровью, и они, возможно, были правы. Известный мастер Томас Раймер присоединился к культу ведьм под опекой Королевы фей, которая сказала ему, что у неё есть «бутылка вина кларета, здесь у ее коленей», и пригласила его положить свою голову на её колени. Кларет был традиционным напитком королей и также синонимом крови; его название буквально означало «просвещение». Высказывание, «человек на луне пьет кларет», соединяется с идеей, что вино представляло лунную кровь.

Средневековый романтизм и движение куртуазной любви, позже связанные с культами ведьм, находились под сильным влиянием Тантрической традиции, в которой менструальная кровь была действительно вином поэтов и мудрецов. Это все еще определено в тантрическом обряде Левой руки, что священнослужительница, исполняющая роль богини, должна менструировать, и после контакта с нею человек может исполнить обряды, которые сделают его «великим поэтом, Богом Мира», который путешествует на задней части слона как раджа.

В древних восточных и западных обществах, менструальная кровь несла дух верховной власти, потому что это была питательная среда передачи жизни клана или племени. Среди детей Ашанти девочки являются все еще более ценными, чем мальчики, потому что девочка — носитель «крови» (mogya). Понятие также ясно определено в Индии, где менструальная кровь известна как цветок Кула или нектар Кула, у которого есть близкая связь с жизнью рода.

Когда девочка начинает менструировать, она, как говорят, «рождает цветок». У соответствующего английского слова цветок есть значительное буквальное значение «поток».

Библия также называет менструальную кровь цветком (Левит 15:24), предшественником плода чрева (ребенка). Поскольку любой цветок загадочно содержал свой будущий плод, утробная кровь была лунным цветком, который, как предполагают, содержал души будущих поколений. Это было центральной идеей в матриорхальном понятии клана.

Китайская религия Дao, «Путь», преподавала Тантрические учения, позже вытесненные патриархальным аскетическим конфуцианством. Даосисты говорили, что человек мог стать бессмертным (или по крайней мере долгожителем), поглощая менструальную кровь, названную красным инь соком, из Таинственных Врат женщины, иначе известных как Грот Белого Тигра, символа животворящей женской энергии. Китайские мудрецы называли этот красный сок эссенцией Матери — Земли, инь принципом, который дает жизнь всем вещам. Они утверждали, что Желтый Император стал богом, поглощая инь сок одной тысячи двухсот женщин.

В Китайском мифе говорится, что Лунная богиня Чанг-O, которая управляла менструацией, была оскорблена мужской ревностью по отношению к её силе. Она оставила своего мужа, который ссорился с нею, потому что у нее был весь эликсир бессмертия, а он не имел этого, и был обижен. Она ушла от него навсегда, чтобы жить на Луне, почти таким же способом, которым Лилит оставила Адама, чтобы жить у «Красного моря». Чанг-O запретила мужчинам посещать китайские лунные фестивали, которые позже праздновались только женщинами, во время полнолуния осеннего равноденствия.

Еврейское слово для крови самки, означает «мать» или «женщину» на других индоевропейских языках (самка, девица, госпожа, la dama, дама) и также «проклятие» (damn). Шумерская Великая Мать представляла материнскую кровь и названия родов как Кина самки, Damgalnunna. Из ее живота вытекали четыре райских реки, иногда называемые реками крови, которые являлись «жизнью» всей плоти. Ее старший ребенок, спаситель, был Damu, «ребенком крови». Damos или «кровь матери» были словом означающим «людей» в матриархальных Микенах. Другой общий древний символ реки крови жизни был красный ковер, по которому традиционно идут короли, герои, и невесты.

В Даосском Китае красный считался сакральным цветом, связанным с женщинами, кровью, половой потенцией и творческой силой. Белый был цветом мужчин, спермы, отрицательных влияний, пассивности и смерти. Это составляло основу Тантрической Идеи мужских и женских эссенций: мужской принцип виделся как «пассивный» и «статический»; женский принцип как активный «и творческий», что позднее изменилось под влиянием патриархальных представлений.

Даже цвет женской крови часто считали мощным магическим приворотом. Когда Маори хотел сделать что-нибудь священное, он окрашивал это красным, и называл красную краску менструальной кровью. Жители Андаманских осторовов считали, что кроваво-красная краска обладает сильным целительным эффектом, и

разрисовывали больных людей красным на всем протяжении болезни, чтобы вылечить их. Готтентоты обращались к своей Богине Матери как к той, «кто нарисовал ваше тело красным»; она была Божественной, потому что она никогда не пропускала или не тратила впустую менструальную кровь. Некоторые африканские племена полагали, что в одной только менструальной крови, сохраняемой в закрытом горшке многие месяцы, имелись силы превратить себя в ребенка.

Пасхальные яйца, классические символы чрева Богини Эостре, их традиционно окрашивали в красный цвет и клали на могилы, чтобы укрепить мертвых. Этот обычай, общий для Греции и южной России, можно проследить во времени по Палеолитическим могилам и погребальной утвари, окрашенной охрой в красный цвет, для создания более близкого подобия чрева Матери Земли, из которого мертвый мог быть «перенесен снова». В древних могилах всюду находили кости мертвых, покрытые красной охрой. Иногда все, что находилось в могиле, включая стены, было красного цвета. Дж. Д. Эванс хорошо описал могилу на Мальте, заполненную окрашенными в красный цвет костями, которые поразили страхом рабочих, которые настаивали, что кости были покрыты «свежей кровью».

Возрожденная церемония из Австралии показала, что аборигены связывали возрождение с кровью чрева. Пение, исполняющееся в Ankota, «вульве земли» подчеркивало красноту, окружающую прихожан:

«Прямой путь зияет открытый передо мной. Подземная пустота зияет передо мной. Пещеристый путь зияет передо мной. Подземный путь зияет передо мной. Красный, я похож на сердце пламени огня. Красная также полость, в которой я отдыхаю».

Такие образы помогают объяснить, почему некоторые из самых древних магов таких богинь, как Курукулла на востоке и ее аналога Кибелы на западе, были связаны с пещерами и красным цветом.

Греческие мистики «рождались снова» из реки Стикса, иначе известной как Альфа, «Начало». Эта речная рана семь раз выходила из внутренностей земли и появилась в ионической святыне около города Clitor (греческий kleitoris) священный город Великой Матери. Стикс был кровотком из влагалища земли; его водам приписали те же самые устрашающие силы, как и менструальной крови. Олимпийские боги давали обязательные клятвы водами Стикса, поскольку мужчины на земле клялись кровью своих матерей. Символическая смерть и возрождение были связаны с крещением в водах Стикса, как во многих других священных реках во всем мире. Сам Иисус был крещён в Палестинской версии Стикса, реке Иордан. Когда человек купался семь раз в этой реке, «его плоть рождалась снова, подобная плоти маленького ребенка» (2 Царств 5:14). По-греческой традиции странствие к земле смерти означала пересечение Стикса; в иудейско-христианской традиции это было пересечением Иордана. Это было той же самой «рекой крови, которую пересек Томас Раймер на пути к Волшебной стране.

Тантрическое поклонение менструальной крови проникло в Греко- Романский мир до христианской эры и хорошо прижилось в Гностический период. Это вероисповедание основало агапэ — «вечерю любви» или «духовный брак», практиковавшийся такими гностическими христианами, как офиты. Другое название для агапэ было synesaktism, «Путь Шактизма», означавший Тантрическое поклонение йони. Синешактизм был объявлен ересью еще до 7-го столетия от Р.Х.. Впоследствии «вечеря любви» исчезла, и женщинам запретили непосредственное участие в христианском поклонении, согласно правилу Св. Павла (1 Тимофей 2:11­12).

Епифаний описывал агапэ, практиковавшееся христианами офитами, поясняя, что эти еретические половые действия наполнили его ужасом:

«У них общие женщины; и когда приходит любой, чуждый их учению, у мужчин и женщин есть свой символ, по которому они узнают друг друга. Когда они протягивают свои руки в приветствии, они щекочут ладони определенным способом и так обнаруживают, принадлежит ли вновь прибывший их культу. … Мужья отделяются от их жен, и человек скажет своему собственному супругу, «Воскресни и празднуй вечерю любви (агапэ) со своим братом».

И негодяи смешиваются друг с другом … после того, как они общались вместе в страстном дебоше . женщина и мужчина берут мужскую эякуляцию в руки, встают …, предлагают Отцу, Основе Бытия Всей Природы то, что находится в их руках, со словами, «Мы приносим вам это жертвоприношение, которое является самим Телом Христа.»>… Они потребляют это, берут хаузел (Хаузел оставался до протестантской Реформации , общий английский термин для христианской Евхаристии.) их позора и говорят:

«Это — Тело Христа, Пасхальной Жертвы, через которую наши тела страдают и вынуждены исповедоваться к страданиям Христа».

«И когда женщина находится в свой период, они делают аналогично с ее менструацией. Нечистая менструация, которую они собирают, таким же образом и вместе принимают. И это они говорят, является Кровью Христа».

Поскольку, когда они читают в Откровении:

«Я видел дерево жизни с его двенадцатью видами плодов, которое плодоносило каждый месяц»> (Откр. 22:2), они интерпретируют это, как намек на ежемесячный уровень женского периода».

Значение этой практики причастия офитов легко соотносится с Тантрическими параллелями. Принятие в пищу живой субстанции воспроизведения считали «более духовной» чем принятие в пищу тела бога, даже в преобразованной форме хлеба и вина, хотя цветовая символика была такой же:

«Когда сперма, произведенная расплавленным огнем великой страсти, падает в лотос «матери» и, смешиваясь с ее красным элементом, они достигают обычной мысли-мандалы о просвещении»>.

Полученная в результате смесь вкушается объединенными «отцом-матерью» (Yab- Yum), и когда она достигает горла, они могут генерировать особенное счастье.

Подписаться на обновления

Читайте также

znaharstvo.net