Чувашская магия: прочие суеверия и традиции

Чувашская магия: прочие суеверия и традиции

Нельзя бить кулаком по столу, потому что за ним мы едим хлеб.

Прежде чем прикоснуться к хлебу или прочей пище южный чуваш-язычник произносит Пĕсмĕлле (во имя Бога). (Улхаш).

Нарезая хлеб, северные чуваши раньше произносили небольшую молитву:

ХЛЕБ (ÇĂКĂР)

Нельзя бить кулаком по столу, потому что за ним мы едим хлеб.
Прежде чем прикоснуться к хлебу или прочей пище южный чуваш-язычник произносит Пĕсмĕлле (во имя Бога). (Улхаш).
Нарезая хлеб, северные чуваши раньше произносили небольшую молитву:

Сĕмĕле полтăр.
Эй, Торă, перекетне-тохăçне пар,
çиме тутине пар.

Да будет во имя Бога.
О, Боже, дай изобилия и урожайности,
дай сытности при еде.

Северные чуваши-христиане, нарезая хлеб, иногда еще произносят эту же молитву, но сегодня уже прежде чем разрезать, ножом осеняют хлеб крестным знамением. (Вомпукасси).

Поверья о н о в о м х л е б е и н о в о й м у к е см. в разделе \»Жертвоприношение пивом\».

Х л е б и с о л ь в пословицах и поговорках представляются как самая нужная и самая лучшая еда. Выражение çăкăр-тăвар в чувашском означает в целом еду, пищу. Вот несколько соответствующих пословиц: Çăккăр-тăвар хире-хирĕç — Хлеб и соль взаимны. (Улхаш). Çăкăр-тăвар парсан хура вырăс та хурăнташ — Давши хлеб-соль и черный русский родным [станет]. (Таяпа).

Чорĕш те хорăн мĕнле йывăç мар, çоккăр та тăвар лепле апат мар — Ель да береза — как это не деревья, хлеб да соль — как это не еда. (Вомпукасси).

ДЕНЬГИ (УКÇА)

Деньги нельзя просто так бросить кому-нибудь, потому что на деньгах изображение царя (патша мĕлки). (Улхаш).

ВОДКА (ЭРЕХ, ЭРЕКЕ)

Южные чуваши-язычники питье водки считают за грех, но в основном так же пьют ее, как и остальные подданные Российской империи. По народному поверью, кто при жизни пьет водку, того после смерти шуйтан превратит в коня. Ангел-хранитель пирĕшти повсюду сопровождает человека на его пути, но в кабак, где пьют водку, не заходит с ним, а ждет его в дверях, пока он не выйдет. При большинстве жертвоприношений нельзя пить водку, потому как Бог это считает за грех. Все это — следы влияния ислама, запрещающего пить одурманивающие (хмельные) напитки.

О сатанинском происхождении и греховном влиянии водки северным чувашам известны такие легенды:

«Однажды бедняк пахал на поле. Около полудня проголодался, сел около сохи, съел один-два куска черного хлеба и снова начал пахать. Однако остался у него кусочек сухого хлеба, куда же его деть? Если положить куда-нибудь на землю, то коршун унесет. Он поэтому положил в рукав рубахи и стал пахать дальше.
Во время работы опять проголодался, пощупал рукав, ищет хлеб, чтобы съесть, но нигде не находит. Кусок хлеба из рукава украл шойтан …

Бедняк подумал, что, наверняка, кто-нибудь украл. А если украл, значит, он сам голодный был. Раз был голодным, то на здоровье ему.

А шойтан рассердился. Он ведь его хлеб украл, и в таком случае человек может только выругаться, а он даже этого не сделал. Невозможно заставить его согрешить! Взял он кусок хлеба, сбегал в ад и пожаловался главе шойтанов, сатане (соттана)*, что мол этого бедняка никак нельзя поколебать, он даже не ропщет против того, кто украл его хлеб.

Если того бедняка не заставить как-нибудь согрешить, то сатана (соттана) отругает шойтана и накажет. Шойтан умоляет его, просит три года срока, за это время как-нибудь да поколеблет его.

Он принимает образ старого слуги с седой бородой, поднимается из ада и стучится к бедняку.

Он делает вид, как будто хочет наняться к нему в услужение, однако бедняк не принимает его.

— Ведь я и сам достаточно беден, (сам) живу вроде слуги и хлеба не хватает досыта наесться, для чего же мне слуга?

— Я у тебя даром буду работать, денег не прошу. Если мы так вдвоем будем работать, жить легче станет.

Такой разговор понравился жене бедняка, и она стала уговаривать мужа нанять его. Так и вышло.

Весной, когда наступило время сеять и пахать, шойтан так обращается к бедняку:

— В этом году будет большая засуха, солнце сожжет все посевы, давай, посеем в болото!

Бедняк послушался его слов. Односельчане только смеялись над ними. Однако шойтан был прав, потому что была засуха, солнце выжгло все поля, и во всей округе ни у кого не уродился хлеб, только у них.

В следующем году односельчане начали советоваться.

Смотрите-ка, какой же ум у этого мужика, давайте-ка и мы будем сеять в болоте!
Так и сделали, вся деревня посеяла свой хлеб в болоте, а полевые земли совсем не тронули. Все поле бедняку да шойтану осталось. Все засеяли, и так как в том году погода была обыкновенная, у них хлеба уродилось видимо-невидимо, еле успели убрать. А из хлеба, засеянного в болоте, ничего не уродилось.

На третий год шойтан опять так говорит:

— Давай сеять в этом году на вершине самых высоких гор, где никто другой не сеет. В этом году большие наводнения будут, и весь посеянный в поле хлеб унесет водой.

У них опять уродился богатый урожай, еле успевали убирать в амбар. А все остальные люди голодали, так как три года они оставались без урожая.
— Ну, что же нам сделать с таким богатым урожаем? — спрашивает шойтан.
— Что делать? Лишнее надо отдать бедным, тем, у кого ничего не уродилось.
— Так нехорошо будет, — отвечает шойтан, — я покажу тебе, что надо с ним делать.
И достал шойтан большую железную кастрюлю, насыпал в нее зерно, налил туда воду, и все это поставил в печь. Когда сварилось, положил туда дрожжи и поставил бродить. Стал гнать водку. Когда приготовил, угостил мужика на пробу. Ему очень понравился напиток, еле успевал пить.
Там была и соседка — восьмидесятилетняя старуха, ее тоже угостили:
— Ой, как хорошо стало, — говорит старуха. Я выпила всего лишь один глоток, а кровь кипит во мне, и щеки мои раскраснелись, как в юности только бывало.
А сатана (соттана) смотрел на них с печи, понравилось ему, как действует шойтан. Говорит ему оттуда подбадривая:
— Смотри-ка, ты им дал всего один стакан, и они сразу же стали наподобие лисиц. Речь их какая лестная, какая гладкая! Дай-ка им еще один стакан и увидишь, что они уподобятся волкам.
Шойтан угостил их еще одним стаканом, и сразу оба вскипели от него, разгневались, подрались друг с другом, ссорились, ругались…
Сатана (соттана) опять обращается с печи:
— Дай-ка им еще по одному стакану, пусть станут такими, как свиньи!
Шойтан их снова угостил, и оба они опьянели. И на самом деле они уподобились свиньям, повалились на землю потерявши свой разум, так что подошла к ним собака и стала облизывать щеки.
Шойтан сдержал свое обещание, удалось ему ввести человека во грех. Ничем не мог он его искусить, только водкой\». (Чантăр)*.
Другая легенда о сатанинском влиянии водки:
\»Жил однажды отшельник. Шойтан постоянно крутился вокруг него, хотел его заставить согрешить. В один день он так обратился к отшельнику:
— Я покидаю тебя, беспокоить больше не стану, но ты должен сделать выбор из трех моих просьб. Или убей человека, или соврати женщину, или пей водку. Ты выбери, что тебе по душе, соверши это, и больше я к тебе не приду.
Задумался отшельник, какой же грех выбрать. Убить человека или совратить женщину, это большой грех перед Богом, он не может так поступить. Выпить водки — это вряд ли большой грех. После выпивки посплю — думал он про себя — потом извинюсь перед Богом.
Так и сделал. Смастерил лапти и понес их в город. Продал их, зашел в кабак и начал выпивать. В это время подошла к нему распутная женщина и любезничала с ним до тех пор, пока отшельник и ее не угостил водкой. Когда он вышел из кабака, женщина увязалась за ним, и в одном месте, где их никто не видел, женщина сказала:
— Давай, ляжем вместе!
И отшельник лег с ней. В это время мимо них проходил муж женщины и увидел их. Разозлившись, он набросился на отшельника. Тот тоже разъярился, взял палку и так стукнул мужа той женщины, что тот в тот же миг скончался.
Нет вещи хуже, чем водка\». (Чантăр).
Причину пьянства чуваши во многих местах объясняют так: в водке имеется червячок определенного рода, \»водочный червь\» (эрек хорчĕ), который, попавши человеку в живот, делает его пьяным. В связи с этим В.К.Магницкий тоже упоминает народное поверье*, по которому чуваши думают, что этот червь, главным образом, обитает на дне бочки. Когда из бочки выливают остаток водки, вместе с ним выливают и этих водочных червей. Одна их часть ползет обратно в сторону кабака, а другая часть в противоположную сторону. Если из первых поймать несколько штук и заставить кого-нибудь их отведать, то тот человек станет пропойцей. А если человек отведает тех червей, которые ползли в противоположную от кабака сторону, то он станет трезвенником и будет сторониться кабака.

ТАБАК (ТАПАК)

О его происхождении северные чуваши сохранили следующую легенду:
\»Жила-была девушка-блудница, которая с кем только не имела любовную связь. Пока была молода, любили ее, но когда она состарилась, никто на стал обращать на нее внимания. Поэтому надоела ей жизнь и решила она наложить на себя руки. Пошла в лес вешаться. Подходит к дубу, хочет привязать веревку к его ветке, но дерево не поддается, отклоняется от нее. Подходит к другому дереву, и оно не хочет уступить свою ветку. Дошла наконец-то до высохшего русла реки, через которое свалилась о с и н а. Она и уступила блуднице свою ветку, чтобы та повесилась. Ее тело упало с дерева в русло реки, там покрылось землей и истлело. Со временем из ее праха вырос табак\». (Чантăр).
Вся эта легенда основывается на народной этимологии: первичное значение слова тапак это penis, мужской член. А тапак со значением \»курительная трава\» восходит к русскому табак.

ПЕРЕКРЕСТОК ДОРОГИ (ÇОЛ ТĂВАТКАЛĕ)

Злой дух шойтан очень любит бывать на перекрестках дороги. Чтобы не встретиться с ним, нужно пройти перекресток со словами \»Боже, помилуй\» (Торă çырлах). Лучше не лежать или не спать на перекрестке, потому что злой дух может очень легко навести порчу на человека. Против порчи, наведенной злым духом, знахари иногда советуют, чтобы потерпевший для умилостивления злого [духа] бросил ему на перекресток несколько мелких, полукопеечных монет. (Вомпукасси).

БАНЯ (МУНЧА)

Необходимым подсобным помещением чувашского дома является бревенчатая баня, где домашние хотя бы один раз в неделю парятся и моются теплой водой. Однако нужно быть очень осторожным, чтобы выходящий из печи-каменки угарный газ не повредил человеку. Чтобы этого не случилось, вошедший в баню чуваш несколько раз выплескивает воду черпаком на раскаленные камни печи и произносит следующее:

Йỹççи тула,
Тутли шала,
аллă арçынна,
хĕрĕх хĕрарăма.

Горечи — наружу,
Сладости — во внутрь,
На пятьдесят мужчин,
На сорок женщин.

После этого угар из бани улетучивается, и она так сильно нагревается, что тепла хватает хоть на пятьдесят мужчин и сорок женщин. (Таяпа).

МЕТЛА (ШĂПĂР)

Метла часто играет свою роль при наговорах против сглаза. Знахарь через метлу брызгает наговоренную воду в лицо подвергшегося сглазу больного (см. Сглаз). Также в этих наговорах встречается метла в руке мифической старухи Аша патман:
Эта старуха Аша патман прибыла,
Она лечит, она исцеляет,
Золотой шпагой отрезает,
Золотой метлой выметает.

(Сглаз. Наговор № 1.)

Среди добрых духов имеет свою метлу йĕрĕх, которая стоит в доме в предназначенном для нее месте рукояткой вниз, а на торчащие вверх прутья вешают приносимые ему в жертву мелкие медные монетки (см. Йĕрĕх).

НОЖНИЦЫ (ХАЧĂ)

Они входят в число лечебных инструментов знахаря. Во время наговора знахарь иногда кладет ножницы на стакан воды. При заговаривании от сглаза знахарь держит ножницы перед лицом больного и после каждой части наговора через ножницы дует в лицо пациента.
В наговорах также упоминает целебное действие ножниц:

Беловолосый, белобородый старик,
Он и выдувает, он и выплевывает, он поправляет.
Что только ножницы не режут,
Что не поправляют.
Дай одним единственным наговором
Изгнать (сглаз) из этого дитяти.
(Сглаз. Наговор № 6.)

Применяемые чувашским знахарем в лечебных целях ножницы напоминают железные подвески восточно-тюркских шаманов, которым народ тоже приписывает волшебную силу. По всей вероятности, сюда же восходит обряд южночувашских знахарей, соответственно которому во время произнесения наговоров обводят стакан воды или водки, или на что наговаривают каким-нибудь железным предметом.

СУЕВЕРНЫЕ ДНИ

В т о р н и к (ытлари-кун). Из всех дней этот единственный, который народное поверье считает несчастливым днем. Не то, чтобы совершать в этот день жертвоприношение, но не берутся даже за более или менее значительные или крупные работы. Сравните поговорку: \»Во вторник и птицы гнездо не вьют\» (Ытлари-кун кайăк та йăва çавăрмас).
Ч е т в е р г (эрне-каç, или кĕçнерни-кун). Значение эрне-каç это \»вечер недели\», то есть день, предшествующий пятнице, ее канун. Кĕçнерни-кун — \»малый недельный день\». Южные чуваши-язычники уже в четверг вечером прекращают всякую работу и с семьями идут в баню, моются и стригут н о г т и. Небольшие поминки тоже проводятся в четверг вечером.Со дня смерти вплоть до больших поминок в каждый четверг по вечерам поминают усопшего. У северных чувашей четверг являлся днем жертвоприношений, и в этот день совершали большинство жертвоприношений.
П я т н и ц а (эрне-кун). Ее значение \»недельный день\». В Козьмодемьянском уезде ее называют: мăн эрни-кон, мон арни-кон (большой недельный день), оя-кон \»праздничный день\». Пятница для южных чувашей-язычников и в настоящее время является праздником недели, \»праздничным днем\» (уявлă кун), как это прежде было распространено по всей территории Чувашии. Язычники в этот день не работают и даже не зажигают огонь в доме, а надев б е л у ю рубашку, целый день сидят на улице и беседуют. Северные чуваши раньше считали, если кто в пятницу осмелится работать, то его ударит молния. Чуваши-христиане этот день считают обыкновенным днем недели.
В.К.Магницкий относительно пятницы упоминает фигуру воображения, эрне ватти (старик недели), что в его переводе звучит как н е д е л ь н а я с т а р у х а*. О нем он записал такое поверье: кто накануне пятницы прядет пряжу, в наказание из его волос старик недели на том свете тоже будет прясть пряжу. А кто в пятницу стирает белье, того будет поить водой, перемешанной с золой. А кто в этот день мнет пеньку, то он убьет его с помощью льномялки.
Суеверия, связанные с отдельными праздниками, мы трактуем в другом месте, в главе Предсказания.

СУЕВЕРНЫЕ ЦВЕТА

Б е л ы й (шурă). Любимый цвет Бога. У животного, приносимого ему в жертву, как правило, белая шерсть. Раньше по случаю большой полевой жертвы закалывали белую кобылу. Ныне оказывают ему почести, в основном, белым бараном. В праздничные дни и при жертвоприношениях одевают белую рубаху. И слова одной народной песни хранят еще память этого значения:

…По нашему чувашскому обычаю,
Бог любит белый [цвет].

Во многих местах народ убежден: именно потому, что в настоящее время чуваши уже не носят белую одежду и отошли и от старого чувашского Бога, этот старый Бог рассердился на них и в последнее время наслал на них всякие болезни, наказание, голод (см. Бог).
Ч е р н ы й (хура). Животным черной масти чуваши приписывают сверхъестественную силу. Они считают, что ворон знает злонамеренность всех людей и каждый раз, когда пролетает над ними, каркая, предсказывает им будущее. Его очень боятся. Если у матери-чувашки друг за другом помирают детишки, то новорожденному ребенку, чтобы он остался в живых, дают имя какого-нибудь животного черной масти. В обыкновении такие имена: Моçка (Черная собака), Çăхан (Ворон), Курак (Грач), Чĕкеç (Ласточка)*. Последним именем называют только маленьких девочек. В теле совсем ч е р н о й к о ш к и имеется блестящая косточка и если ее извлечь, то она приведет владельца к закопанному в земле сокровищу. Эта блестящая косточка черной кошки попутно делает невидимым того, кто ее держит в руках. Ч е р н ы й п е т у х приносит счастье своему хозяину. Раньше северные чуваши причиняющему заразные болезни злому духу-вупкăну приносили в жертву трех ч е р н ы х б а р а н о в.
Ж е л т ы й (сарă). Чуваши полагают, что от желтухи (сарамак — желтая болезнь) хорошо помогают перья иволги** (сар кайăк — желтая птица). В лесу разыскивают ее гнездо, выбирают оттуда ее желтые перья, и эти желтые перья замачивают дома в воде, и этой водой моют тело больного, страдающего желтухой. (Пошкăрт).

САКРАЛЬНЫЕ ЧИСЛА

Чувашское народное поверье особое значение приписывает н е ч е т н ы м ч и с л а м. При жертвоприношениях число молящихся обязательно должно быть нечетным. Как правило, их т р о е или п я т е р о. Определенные жертвы, такие, как ночная жертва, жертва гуся, каша хĕрт-сурт\’а — совершаются не каждый год, а только через каждые т р и или п я т ь лет. Среди наговоров часто встречается определенный вид лечения — вычитание, характерным свойством которого являются нечетные числа (11, 9, 7, 5, 3, 1), то есть уменьшающийся ряд чисел, оканчивающийся на нечетные числа (см. Знахарство). Сакральные числа — за исключением 12 и 40 — в основном состоят из нечетных чисел.
Сакральное значение приписывают в основном следующим числам:
Т р и (виçĕ). При жертвоприношениях, лечениях и прочих обрядах часто встречается число три. В большинстве случаев молятся втроем (но иногда и впятером), в конце молитвы кланяются троекратно, а знахарь трижды обводит служащий в качестве лекарства стакан воды, на который наговаривает каким-нибудь куском железа. Покойника три раза раскачивают над могильной ямой, перед тем как опустить туда, и после того как закопали, три раза, прощаясь, обходят могилу. Через три дня после смерти справляют поминки. В жертвенных молитвах молятся Богу о трех видах скота (виçĕ тĕслĕ выльăх-чĕрлĕхшĕн — за лошадь, за рогатый скот и за овец). В народных сказках часто встречается образ трехглавого змея.
Народные песни тоже часто упоминают число три:

Виç хут вăрăм сăркан пырĕ ука,
виç çул çакса укисем пĕтменччĕ.
Эпирех те кунтан кайсассăн,
виçĕ çулччен асăртан кайминччĕ.

Т р о й н а я длинная подвеска на парчовой основе,
Т р и года носить бы, да не износить парчу.
Когда же мы уедем отсюда
Т р и года бы не уйти нам из вашей памяти.

Или:

Çỹлĕ тусем çинче виç хурăн,
тăррине кассан тĕпĕ ỹсĕ…

На высоких горах т р и березы,
Если вырубят верхи, отрастут комли…

С е м ь (çичĕ). В жертвенных молитвах Богу молятся о семи видах зерновых (çичĕ тĕслĕ тырă-пулă):

Çич çырманăн пуçĕнче
çырли нуммай, çĕр сахал.
Тарăн варăн пуçĕнче
Çырли сахал, çĕр нуммай.
Атте-анне килĕнче
ырлăх нуммай, кун сахал,
çичĕ ютăн килĕнче
ырлăх сахал, кун нуммай.

На верховьях с е м и долин
Ягод много, земли мало,
На верховьях глубокого оврага
Ягод мало, земли много;
В доме моих родителей
Благ так много, да дней мало,
В доме чужанина за с е м и коленами
Благ так мало, да дней много.

Невеста зовет своего жениха \»семижды чужанином\» (çичĕ ют). По чувашскому обычаю, кровные родственники до седьмого колена не имеют права вступить в брак. Тех, кто находится в более отдаленном родстве или же является совершенно чужим, того они называют \»семижды чужанином\».
Д е в я т ь (тăхăр). В ходе лечения знахарь иногда обводит голову больного девятью кусочками хлеба и считает от одного до девяти при лечении болезни. Среди южных чувашей раньше был известен союз девяти деревень (тăхăр ял), в рамках которого девять деревень ежегодно вместе отправляли большую полевую жертву. Герои народных сказок воюют с девятиглавыми змеями.
О д и н н а д ц а т ь (вун пĕр). Оно имеет значение в качестве нечетного числа. Вычитание болезней знахарь иногда проводит от одного до одиннадцати и при некоторых болезнях обводит голову больного человека или животного одиннадцатью кусочками хлеба.
Д в е н а д ц а т ь (вун иккĕ). В окрестностях языческого Улхаша знают двенадцать киреметей и в случае некоторых жертвоприношений приносят им в жертву двенадцать лепешек. Число двенадцать встречается и в народных песнях:

Хура вăрман витĕр тухнă чух
Вуник мулкаç мана тĕл пулчĕç.
Вуник мулкаç иртсе кайиччен
Выртасчĕ иккен çулçăсем айинче.

Когда я проезжал через темный лес
Попались мне навстречу д в е н а д ц а т ь зайцев.
Пока эти д в е н а д ц а т ь зайцев не пробежали
Лежать бы мне спрятавшись под листьями.

Это потому, что увидеть зайца в пути считалось за несчастье.

Шыв тĕпĕнче вуник мерчен,
пухаясчĕ — шыв аслă…

Под водой лежат д в е н а д ц а т ь жемчужин,
Собрать бы их, да вода велика…

С о р о к (хĕрĕх). Поминальный праздник — юпа (йопа) северные чуваши справляют на сороковой день после смерти. Знахарь иногда использует сорок кусочков хлеба при обведении головы больного.
Часто встречается это число и в произведениях народного творчества, в загадках и народных песнях, главным образом там, где хотят передать какое-нибудь большое количество:
Пĕр вакка хĕрĕх çерçи тăкăнат (хурана салма яни). — В одну прорубь с о р о к воробьев падает ([когда] в котел кладут клецки).
Хĕрĕх чăршăн тăрри пĕр (авăн йывăççи). — У с о р о к а елей одна верхушка (овинный шиш).

Чăн тỹпери çич çăлтăр,
çиччĕшĕ те çут çăлтăр.
Таяпара хĕрĕх хĕр,
хĕрĕхĕш те сарă хĕр.

На истинном небе семь звезд,
Все семь яркие звезды;
В Таяпе с о р о к девушек,
Все с о р о к девушек — красавицы.

С о р о к о д и н (хĕрĕх пĕр). Против мора опахивают село сохой и в эту соху запрягают с о р о к о д н у девушку (см. Хĕр аки). В случае некоторых тяжелых болезней знахарь обводит голову больного с о р о к а о д н и м кусочком хлеба.
С е м ь д е с я т (çитмĕл). Редко используемое сакральное число. Иногда встречается в том же смысле, как и сорок для передачи какого-нибудь большого количества. Например, в такой загадке:
Тĕпĕ çитмĕл, тăрри пĕрре (= авăн йывăççи). — Корней с е м ь д е с я т, верхушка одна (= овинный шиш).
С е м ь д е с я т с е м ь (çитмĕл те çиччĕ). В древней чувашской религиозной традиции самое часто встречающееся сакральное число. В отношении колдуна народ считает, что в его распоряжении имеется семьдесят семь видов порчи. Знахарь в случае самых тяжелых болезней пользуется семидесятью семью кусками хлеба. В древнем миропонимании чувашей называется семьдесят семь народов, семьдесят семь языков и семьдесят семь религий.
Число семьдесят семь чаще всего фигурирует в наговорах знахарей и колдунов:

На острове с е м и д е с я т и с е м и морей
Долгая ель,
На вершине долгой ели
Восседает дятел-долбунец…
(Сглаз, 6.)

В самом центре с е м и д е с я т и и с е м и степей
Есть столб золотой,
На вершине золотого столба птица орел,
Когда он встанет вверх тормашками и свистнет
Пусть лишь тогда упадет сглаз…
(Сглаз, 7.)

Подписаться на обновления

Читайте также

znaharstvo.net

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Anonymous